Ленская труба 2016 - Хатыстах

Заполярное низкое солнце, снова космос, со звездочками-пушицами. На опушке местами растут молодые лиственницы высотой по колено, при этом отсохших деревьев мало - судя по всему, лес завоевывает новые пространства вслед за глобальным потеплением.

Антон чуть подотстал. Чуть позже он высказал, что если мы пойдем от Лены до Тикси по такой подстилке с 35-килограммовыми рюкзаками, это будет самоубийством. По плану у нас был намечен назад пеший переход. Я даже не знал, что ответить Антону, но полагал, что на переходе через хребет Хараулах будет больше каменистых участков, а если и нет, то мы замучаемся, но все равно дойдем. Заглядывая вперед, могу сказать кратко - шире жопы не пёрнешь. Подробнее о той позорной странице нашей экспедиции я расскажу в соответствующей части. Сейчас настрой был на позитивный лад, будущее идеализировалось. Скоро на нашу местность должен был прийти второй солнечный просвет, гораздо больший, чем тот, когда мы снимали опушку. Мы завершали подъем на плато. Интересно, что отдельные деревья, и даже их скопления, продолжали встречаться вплоть до самого верха. Солнечный просвет не сильно спешил, так что я успел добежать на дальнюю точку съемки. Лучи уже стелились низко, но другого расклада и не могло быть - в более раннее время погода была вообще без солнца. Так как часть долины и реки погрузились в тень, пришлось думать, как это компенсировать.

Прокрутка панорамы 1. Солнце играет на деревьях.

Прокрутка панорамы 2. Последние 1.5 километра течения Хатыстаха.

Долина является лесным оазисом, лес уходит почти на 20 километров вверх по Хатыстаху. Деревья здесь более мощные, чем на Лене - наверное долина защищает их от ветров. Правее центра кадра, за Леной - место, описанное в позапрошлой части отчета.

Оказывается, стланик бывает не только кедровый. Вот например лиственничный стланик - теперь я знаю, что лиственница тоже умеет образовывать стланиковые формы. Видать, выживает только та часть деревца, что под снегом. Кстати, деревья эти взрослые, на них полно шишек. Такой вот рост на пределе, на самом краю тундрового плато.

Хатыстах - одна из самых крупных и полноводных рек по нашему маршруту. Ее течение отличается особой пологостью - по этой реке, благодаря малому количеству перекатов, можно довольно высоко зайти на байдарке, что мне и хотелось бы сделать, предоставься в следующий раз такая возможность.

Разные виды леса, полосы жил, река Лена, и горы Туора-Сис на том берегу. Здесь два берега Лены очень разные.

До съемки первых кадров мы некоторое время ждали солнца, усевшись на краю плато и поедая ништяки. Здесь был удачный ветерок, сдувавший часть комаров. Во время этих посиделок Антон заметил вдалеке стадо северных оленей, точнее сначала мы увидели одного оленя, а потом из-за пригорка вышли и остальные. Они двигались в нашу сторону, но когда все же заметили нас, убежали вглубь тундры. Телевик я с собой не взял, хотя и вспомнил перед выходом, что идем мы в оленьи места - маловато у меня было веры, что встретим тут кого-нибудь. К слову говоря, местные поговаривают, что от здешних комаров бывает эти олени мрут. Для нас комары были небольшим развлечением, скрашивая ожидания. Вот вы наверное любите лопать пузырчатые ленты, а мы любим придавливать комаров - и в отличие от пузырчатой ленты, комары вряд ли могут закончиться, так что добро пожаловать в Заполярье.

Небольшое видео с комарами.

Когда мы почти уже пошли обратно, я вспомнил, что где-то на точке был забыт пакет с орешками. Появился повод вернуться еще раз, не оставлять же действительно мусор. А попутно нам повезло снять новые виды, тем более что солнце начало наползать на горы Туора-Сис за рекой.

Снято во время попытки спуститься вниз. Лиственницы лезут на самый верх именно близ Хатыстаха. Видно окончание гор Туора-Сис, и вместе с ними - основной части Ленской трубы. На середине реки вдали солнечной полоской показался остров Тас-Ары. В том районе Лена окружена обширной равниной, и природа там самая бедная, так как тепло реки, не огражденной горами, быстро разносится ветром. Причем межгорный прогал справа продувается воздушными массами прямо с океана. Дальше виднеются следующие горы, рядом с которыми локальный климат снова улучшается.

Последний изгиб Хатыстаха под другим углом.

На Туора-Сис вышло солнце. В кадре уже окончание гребенок, где они уже не столь выражены, и почти сливаются со склоном. Серый каменистый кряж уже не столь обширен, и выступает словно облицовка для основных, зеленых гор.

Лиственничный стланик и гребенки Туора-Сис.

Еще раз снял уже знакомую стланиковую полянку, по более низкому солнцу, чешущему по веточкам и травинкам.

Теперь на заднем плане солнце, а в долину наоборот упала длинная тень - вечер усиливается. Пришлось взять больше переднего плана, чтоб снизу солнышко было.

Идем назад. Космические поля пушицы. Конец гор Туора-Сис. Горы успокаиваются, становятся ниже, и отступают от Лены - прижим заканчивается пологими предгорьями. Такое низкое солнце, что поляна начинает отбрасывать тени сама на себя. Очень мягкая поляна, фиг пройдешь.

Спустились. Тени деревьев на береговом уступе уже почти перекрыли весь пляж, и было не известно, кто первым окончательно загородит солнце - деревья, или шальная туча. Байдарка ждала нас на берегу, вокруг стояла благодать. Наконец можно было выдохнуть, и уже вяло и лениво распаковываться.

Длинные береговые тени. Следы от потоков воды - это от тающих позади меня льдин (да да, опять я вам их не покажу). Этот же лёд скорее всего принес сюда песок, который был некогда в эти льдины вморожен.

Идилия. Спокойствие природы, нежность вечернего света.

Пора было ставиться, я сбегал на разведку. Место было присмотрено на опушке леса с видом на устье Хатыстаха. Встали мы на мягкой моховой подстилке, на которой было тепло лежать даже без пенки. На другой стороне устья, на стрелке, стоял рыбацкий домик. Пора было вспомнить про осетра, который весь день составлял нам компанию в плавании, и успешно дожил до вечера. Осетра мы возили на дне в самой середине байдарки, он был положен поперек за сиденьем Антона, и охлаждался от ленской воды. Так, прямо в байдарке, мы и занесли несчастную рыбу наверх. Осетра я не позволил жарить, дело это рисковое с такой ценной рыбой. Так что аккуратно его разделал. Осетр принял свою участь с достоинством, даже не пошевелившись. Икры внутри не оказалось, осетр был самец, зато в кишечнике были тонны песка, от которого пришлось отмывать мясо. За вычетом потрохов оказалось, что довольно крупный осетр поместился 2-литровый котелок. Только голова не залезла, пришлось ее оставить. В тот вечер я впервые попробовал вязигу - спинной мозг осетра, деликатес. Вязига была похожа на прозрачные "провода", по консистенции нечто среднее между хрящом и холодцом, вкусная штука. Антон ее хотел выкидывать, так что я и его "провода" съел. Вкусно. И сам осетр великолепен. Костей нет, мясо мягкое, сочное, жирное - наутро даже горло затекло от такой жирюги. Кто осетра не едал, тот на Лене не бывал, бе-бе-бе!

Наша прогулка на карте

Навигация:
<< Переход к Хатыстаху	|	Вечный лёд >>
<< К оглавлению